29 января. Работа в нашей деревне

На следующее утро все восемь человек из двух горных деревень отправились на работу в нашу EVL. Мы с Эриком снова были только вдвоём в машине. При выезде с нашей улицы на главное шоссе, нам нужно было бы повернуть налево, но шоссе разделяла двойная сплошная линия, пришлось поворачивать направо и искать место, где дорожная разметка позволяла сделать такой манёвр. Мы проехали несколько переулков, но сплошная линия нигде не прерывалась. Эрик что-то бурчал себе под нос, а потом, поравнявшись с очередным переулком, резко взял влево и, переехав сплошную линию, поехал в обратном, нужном нам, направлении. Надо отметить, что в Эсто-Садке на каждом перекрёстке стояла машина ДПС. Я видел, что и в этом в переулке стояла полицейская машина. Я спросил Эрика: «Ты видел полицейскую машину?» Он ответил: «Конечно, видел, но я также видел, что в ней никого нет!» К сведению тех, кто не водит машину, пересечение сплошной линии карается лишением водительских прав. Через пару дней, когда мы поехали в сторону Сочи, оказалось, что до места разворота мы не доехали всего метров 100-200.

Очистка дороги от снега

Очистка дороги от снега

После кружения по горной дороге мы въехали на нашу автостоянку. Здесь Эрик стал парковаться и задел крылом стоявший рядом роскошный чёрный «Мерседес» с эмблемой Газпрома. Как назло он оказался не пустым, в нём сидел шофёр. Он выскочил, осмотрел машину, нашёл царапины и начал на нас орать и требовать возмещения ущерба. Я вежливо извинился, сказал, что Эрик – иностранец, что он нечаянно и так далее. Водитель потребовал две тысячи рублей, Эрик сказал, что у него таких денег нет, и он согласен ждать полицию, чтобы она оценила ущерб, который будет выплачен Газпрому через нашу страховку. Все машины Оргкомитета имели страховку КАСКО.

Я ещё долго успокаивал водителя, царапины, на самом деле, были очень мелкие и почти не видны. В итоге он сказал, что в этом месте полицию придётся ждать весь день, и поэтому он нас прощает. Я сел в наш автомобиль, чтобы сообщить об этом Эрику, а он протянул мне две тысячи, которые у него, оказывается, всё-таки были. Он позвонил Питеру, выяснил, что тот возместит ему эти деньги, и теперь готов был раскошелиться. К его радости я сказал, что его простили. После этого они долго жали друг другу руки и мы, наконец, пошли пешком через КПП и дальше к зданию, где нас давно уже ждала остальная часть команды, которая не могла понять, куда мы запропастились.

В EVL шведской команде дали одно трёхэтажное каменное здание в Apart-Hotel и два спаренных двухэтажных коттеджа из бруса. Работа была та же, что в Прибрежной зоне – инвентаризация помещений, проверка всего оборудования, а также обустройство зоны совместного отдыха на первом этаже. Шеф-де-миссьон Питер представил нам Томаса, своего заместителя и спортивного директора команды. Томас будет главным в этой горной деревне, его заместитель, администратор Софиа, должна приехать на следующий день.

В Апарт-отеле на каждом этаже было по четыре номера, в каждом номере было по две комнаты. В них будут жить Томас, Софиа, врач Линда, биатлонисты, а также те, кто будет обслуживать биатлонистов и лыжников – врачи, массажисты, сервисмены (те, кто готовит лыжи, мази, трассу). Один номер на третьем этаже будет занимать лыжник с Багамских островов (?). Команды лыжниц и лыжников и два массажиста будут жить в коттеджах, или, как их чаще называли постоянно работающие сотрудники Лауры – шале.

Пообедали мы в столовой для персонала, причём шведы обедали вместе с нами. До открытия столовой для олимпийцев они питались в нашей столовой. Я оказался за одним столом с Питером, и мы немного поговорили. Он расспросил меня, а я узнал, что он работает с олимпийской сборной с 2006 года. Организация спорта – его постоянная работа. На этих Олимпийских играх он впервые стал главой делегации. Питер мне понравился, он очень высокого роста, худощавый, приветливый, ровный в обращении со всеми.

После обеда мы осматривали коттеджи или шале. На мой вкус это было самое лучшее жильё во всех олимпийских деревнях. Они сделаны из очень толстого бруса, наверное, 30х30 см.

Двухместный номер на втором этаже шале

Двухместный номер на втором этаже шале

Работы было не так много, и уже в 4 часа мы с Эриком были на стоянке. Извилистую дорогу непрерывно чистили от снега машины, а люди на специальных машинах с «люльками» счищали снег с высоких бетонных стен, ограждающих лавиноопасные участки. Когда на обратном пути мы подъехали к перекрёстку с нашей улицей, на шоссе снова была двойная сплошная линия, но Эрику она была не помехой, и он всё равно свернул туда, куда ему было нужно. Мне он объяснил: «Всё равно никто не видел». Полицейской машины почему-то в этот раз не было.

Я приехал домой рано, в пять часов вечера. В квартире никого не было. Вскоре приехал Дима и тут же лёг спать. Он, как и другие мои соседи, хронически не высыпался. Дело в том, что в первый же день Рома познакомился с девушками, тоже ассистентками НОК, одна из них была из Польши. И с тех пор они устраивали посиделки на кухне часов с десяти до двух ночи. Так как я уже побывал на тестовых соревнованиях, то запасся «берушами», что давало мне возможность спать, несмотря на взрывы смеха за стенкой. К счастью, с началом Олимпийских игр эти «бдения» прекратились, так как у многих из нас начались так называемые «ненормированные рабочие дни».

Поздно вечером раздался дверной звонок – появился десятый житель нашей квартиры. А мы-то уже рассчитывали, что так и останемся вдевятером… Ребята даже перетащили из «четвёрки» десятую кровать в кухню и превратили её в «диван» для гостей. Пришлось ставить её на место.

Десятого звали Никита, он студент второго курса МИРЭА (Московский институт радиоэлектроники и автоматики), живёт в ближайшем Подмосковье. В прошлом году был волонтёром на Универсиаде в Казани. Никита не смог влиться в наш дружный коллектив. Произошло то, что Сергей-Царь называл синдромом «лишней курицы». Когда в курятнике появляется новая курица, то её чаще всего забивают до смерти «старожилки». Подобное, по его словам, происходит и с людьми, правда без жертв. Мы прожили вместе уже девять дней, и Никите трудно было вписаться, да он и не стремился к этому, так как у него уже была своя компания – знакомые по Казани, по вечерам он редко бывал дома, проводил время с друзьями.

Следующая глава

Оглавление

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.