22 января. Авто-тренинг

На следующий день к 11 часам мы отправились в Олимпийский парк на авто-тренинг. На завтрак я не поехал, перекусил тем, что привёз из дома. Не хотел ездить туда-сюда, так как потом нужно было бы снова ехать на станцию, чтобы отправиться на авто-тренинг. Во время краснодарских тренингов нас предупреждали, что с вероятностью 85% волонтёры нашей функции будут водить автомобили, чтобы обслуживать свои команды. В анкетах мы указывали свой водительский стаж и номер водительского удостоверения, и нас должна была проверить ГИБДД на безаварийность вождения. Летом нам обещали, что в декабре в Сочи пройдёт трёхдневный тренинг по вождению. Сказали также, что водить мы будем автомобили марки Туарег фирмы Фольксваген, официального спонсора Олимпийских игр в Сочи. Вернувшись домой с того тренинга, я нашёл в Интернете эту машину и её стоимость. Самая дешёвая модификация стоила 1,5 миллиона рублей. Это полноприводная машина с автоматической коробкой передач. У моего Логана – механическая коробка передач.

Осенью нам сказали, что с тренингом ничего не получается, так как фирма, которая подряжалась его провести, заломила несусветную сумму. Но предупредили, что мы должны будем приехать в Сочи раньше многих других волонтёров, чтобы всё-таки пройти авто-тренинг, который Оргкомитет организует своими силами. Нам обещали, что каждый наездит самостоятельно по 8 часов.

Погода снова была пасмурной, моросил дождь. Огромное количество волонтёров собралось на площадке около автобусных остановок Олимпийского парка. Мы ожидали, что подъедут автобусы и заберут нас в автопарк, как нам сказали. Вместо этого подъезжали микроавтобусы и легковые машины. В электропоезде я познакомился с двумя коллегами «серебряного возраста». Теперь у нас было время продолжить наше общение. Один из них, Раймонд Домбровски, был ассистентом НОК Австралии. Он – бизнесмен, живёт половину времени в США и половину – в родной Латвии, где купил себе хутор на трёх гектарах земли. Много лет назад он выступал на Олимпийских играх за команду США как лыжник, а теперь уже не первые Игры помогает команде Австралии, просто потому что они ему нравятся.

Второй – Игорь, лет около 70, ассистент НОК Люксембурга, представился тестем композитора Матвиенко. Я сказал, что знаю только одну Матвиенко. А он спросил, знаю ли я группу Любэ или Иванушки-интернешнл, так вот этот другой Матвиенко пишет музыку для них, и не только для них. Я рассказал о ледяном дожде, который случился вчера у меня дома, что пропало электричество. Игорь меня «ободрил», сказав, что такой же дождь произошёл в Москве два года назад, и даже у них на Рублёвке не было света целых три дня.

Когда подошла наша очередь, мы были почти последними. Нас подвезли на легковой машине, высадили и сказали, что теперь осталось пройти немного пешком, объяснили одному молодому человеку, куда идти, и мы пошли. Вскоре оказалось, что мы заблудились, пришлось идти назад и ждать, когда привезут очередных волонтёров и присоединиться к ним. Потом мы долго шли пешком по тротуарам, по обеим сторонам которых газоны были посыпаны каким-то неестественного зелёного цвета порошком. Мы начали ехидничать, что это их покрасили зелёной краской, чтобы издалека, особенно с вертолёта Путина, казалось, что они покрыты травой.

Наконец, мы подошли к автобазе. Теперь стояли на площадке около неё. Ехидные разговоры про газоны продолжались до тех пор, пока я не услышал, как одна женщина сказала, что она работает ландшафтным дизайнером и знает, что это такое. Это смесь семян газонных трав с удобрениями, покрашена она для того, чтобы видно было, где и сколько посеяно. Благодаря специальным удобрениям трава быстро вырастет. Потом я видел, что она была права.

Нам объяснили, что перед тренингом положено пройти медосмотр, поэтому мы и стоим в очереди. Медосмотр состоял в том, что нам измеряли давление и писали на бумажке «к рейсу допущен», дата и подпись врача. В одной очереди стояли и волонтёры и водители автобазы, поэтому двигались мы очень медленно.

Заветная бумажка

Заветная бумажка

Пока мы стояли, нас попросили разбиться по три человека, чтобы потом сразу разойтись по машинам. Младен, Рома и я решили тренироваться вместе. Видя, что времени у нас много, Рома сбегал в продуктовый магазин, купил на нас булочек и воды, и мы с аппетитом поели, фактически пообедали. Наконец, нам определили машину, мы сели в неё, но сидели так долго, что вышли и стали прогуливаться. Водитель сказал, что они разбиты на группы по пять машин, у них есть старший, и мы ждём, когда он даст команду ехать, причём ехать будем гуськом, группой. Ждали мы не меньше часа, старший ходил, разговаривал по мобильному телефону, осматривал машины и т.д. Потом мы узнали, что одной из его проблем было то, что водитель пятой машины, не отпросившись у него, уже давно уехал самостоятельно проводить тренинг.

В конце концов, мы тронулись. Нашей целью было изучить дорожное движение в Адлере, особенно вокруг Олимпийского парка, в Сочи и Красной Поляне; изучить места подъезда ко всем объектам и места стоянки у них; научиться безопасному вождению в горных условиях. И, наконец, учиться парковать машины в очень стеснённых условиях, нас предупредили, что на некоторых стоянках в Олимпийском парке разметка нанесена так тесно, что после парковки выйти из машины практически невозможно.

В этот первый день мы проехали сначала в аэропорт, железнодорожную станцию Адлер, затем в Сочи, там посмотрели вокзал, торговые и развлекательные центры. Всё это могло нам понадобиться при работе с нашими клиентами. Во время поездки мы разговаривали с водителем. Выяснилось, что он совсем не инструктор и даже не профессиональный водитель.

Он нанялся работать водителем на время Олимпийских игр, чтобы возить VIP клиентов. До этого он два года работал тоже водителем в компании Google (Гугл), которая проводила космическую съемку всех улиц по нашей стране. Объездил вдоль и поперёк несколько областей. Сейчас он проходил стажировку на машине марки Ауди, на которой и будет впоследствии работать, а за руль нашего Туарега сел впервые сегодня утром и знает далеко не все кнопки. А кнопок было много, гораздо больше, чем у моего автомобиля. Например, машина могла менять высоту дорожного просвета. При нажатии кнопки она или опускалась в положение «спорт», или поднималась в положение «комфорт», не помню, как называлось среднее положение. Был климат контроль и подогрев сидений и т.д. и т.п.

Время было уже далеко послеобеденное, начался дождь. Нас предупредили, что тренинг должен закончиться при наступлении сумерек, так как вождение в таких условиях небезопасно. Из Сочи поехали в Красную Поляну.

Дорога в Красную Поляну

Дорога в Красную Поляну

Ехали по новому шоссе, лил дождь. Наконец увидели дорожный указатель «Красная Поляна». Машина «старшего» свернула с шоссе, мы за ней. Проехав с полкилометра, наш старший развернулся, и мы поехали обратно, снова выехали на шоссе и снова свернули в Красную Поляну. Так повторилось ещё два раза. В конце концов, мы продолжили свой путь по шоссе. Вскоре увидели указатель «Эсто-Садок» и поняли, что мы на верном пути. Если бы мы были в Туареге старшего, то подсказывали бы ему дорогу. Немного не доезжая железнодорожной станции Красная Поляна, мы свернули налево и поехали по шоссе в нашу Дополнительную горную деревню.

Перепад высот между Эсто-Садком и Лаурой составляет около 1000 метров. Дорога идёт серпантином круто вверх. Внизу шёл дождь, а здесь он сменился мокрым снегом. Позже кто-то назвал эту дорогу, извините за выражение «блевотной дорогой». У меня вестибулярный аппарат в этом отношении устойчив, но вот уши, как в самолёте при наборе высоты, закладывало всё время.

Прибыв на Лауру, мы искали место стоянки для автомобилей НОК и, наконец, нашли то место, где она должна будет быть. Стоянку делать ещё не начинали, а место было покрыто метровым слоем снега. Уже смеркалось, и стало ясно, что тренинг заканчивается, а мы так и не посидели за рулём.

Следующая глава

Оглавление

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.