ВЕРА И ВРАЧИ

Глава третья

Всё возрастающее количество результатов медицинских исследований наряду с открытиями в психологии демонстрирует прочную положительную связь религиозных убеждений с физическим здоровьем. На первый взгляд, это не удивительно, если учитывать то, что в последние годы узнала медицина о взаимосвязи болезни и стресса. Если религиозная вера смягчает стресс, – а данные в подавляющем большинстве случаев свидетельствуют, что она действительно могущественным образом это делает, – тогда следует ожидать, что глубоко религиозные люди, в среднем, должны меньше болеть. Для объяснения такого результата не обязательно привлекать божественное вмешательство. Конечно, нет необходимости высказывать предположение, подобно журналу «Тайм», который в своей недавней статье на эту тему, заявил, что, когда дело касается здоровья «Бог действительно на стороне верующих».i Скорее, спор идёт в другой плоскости. Подобно тому как антропный принцип явил физическую Вселенную, несомненно созданную исключительно для человеческой жизни, точно так же и то, что в последние годы узнали психология и медицина, всё больше и больше указывает на разум и тело, созданные для религиозной веры. Религиозная потребность (или голод) оказывается настолько всеобъемлющей, что вызывает психологические последствия, которые можно измерить. Более того, существует множество экспериментальных доказательств благотворного влияния на здоровье определённых состояний сознания – созерцательного или молитвенного состояния ума. Короче говоря, медицина также находится на грани постсекулярной революции. Она заново открывает душу. По выражению Герберта Бенсона,  адъюнкт-профессора медицины Гарвардской Школы Медицины, современные медицинские исследования показывают, что человеческие разум и тело «соединены с Богом».ii

ЗДОРОВАЯ ВЕРА

Эпидемиологические данные о благотворном влиянии на здоровье религиозной веры и приверженности ей, собранные Дэвидом Б. Ларсоном и его группой из Национального Исследовательского Института Здравоохранения, впечатляют. Вот некоторые примеры:

  • В большом обследовании 1972 г. изучали смертность среди взрослых от различных причин в графстве Вашингтон, штат Мэриленд, и их связь с посещением церкви. Статистически контролировались такие факторы как курение, социо-экономическое положение и жёсткость воды… Выводы были следующими: (1) Риск артериосклеротических заболеваний сердца у мужчин, часто посещающих церковь, составлял лишь 60 процентов риска тех мужчин, которые редко посещали церковь. (2) Риск умереть от артериосклеротического заболевания сердца, легочной эмфиземы или самоубийства у женщин был в два раза выше у тех, кто редко посещал церковь, чем среди часто посещающих церковь. (3) Для женщин, которые посещали церковь не часто, вероятность умереть от цирроза печени была в четыре раза выше, чем у часто посещающих церковь (вывод, который можно сопоставить с данными, указывающими на гораздо более низкие уровни злоупотребления алкоголем среди приверженцев религии).iii

  • Было показано, что давление крови сильно коррелирует с религиозной приверженностью и посещением церкви. Люди с религиозными убеждениями и люди, часто посещающие церковь, в среднем имеют значительно более низкое давление крови, чем люди без религиозных убеждений и те, кто посещает церковь редко. Обследование сельских жителей, проведенное в 1989 г. Ларсоном и его коллегами, установило, что у людей, для которых их религиозные убеждения очень важны и которые часто посещают церковь, диастолические уровни давления были приблизительно на 5 миллиметров ниже (в среднем) чем у тех, кто не считал религию важной и редко посещал церковь. Эти результаты настолько значимы для общественного здравоохранения, что могут стать основанием к поощрению более частого посещения церкви, так как снижение давления крови у населения в целом всего лишь на 2-4 мм может на 10-20 процентов снизить количество кардиоваскулярных заболеваний.iv

  • Наиболее поразительные выводы касались курильщиков: (1) У курильщиков, для которых религиозные взгляды были важны, вероятность ненормальных показаний диастолического давления была в семь раз ниже, чем у тех, кто так не считал. (2) У курильщиков, которые посещали церковь часто, вероятность ненормальных показаний диастолического давления была в четыре раза ниже, чем у тех, кто редко посещал церковь.v

  • Обстоятельная проверка в 1987 г. приблизительно 250 эпидемиологических данных обнаружила положительные связи между религиозной приверженностью и физическим здоровьем.vi

  • Анализ данных опроса 1991 г. Исследовательского Центра Общественного Мнения, который включал в себя вопросы о здоровье и уровне религиозной преданности, обнаружил, что уровни религиозной преданности, отражающиеся в частоте посещения церкви и частоте молитв, в значительной степени соответствовали субъективно хорошему состоянию здоровья, независимо от возраста отвечающего.vii

СОЗДАННЫЕ ДЛЯ МОЛИТВЫ

Наиболее интересные результаты, полученные в таких новых «постсекулярных» исследованиях, касаются пользы молитвы. Молитве, конечно, нет места во фрейдистской парадигме. И с ней не часто можно встретиться в кабинете современного врача. (Вероятность того, что врачи, также как и их коллеги в психиатрии и клинической психологии, назовут себя атеистами или агностиками, гораздо выше, чем для населения в целом, – хотя уровень неверия среди врачей, лечащих тело, несопоставим с уровнем неверия тех, кто претендует на лечение души. Например, опрос семейных врачей Вермонта в 1991 г., выявил, что только 64 процента врачей верили в Бога – по сравнению с 91 процентом их пациентов.)viii Данные опросов показывают, что молитва играет важную роль в жизни огромного большинства американцев. Различные опросы установили, что более 90 процентов женщин и 85 процентов мужчин молятся. Более трех четвертей американцев молятся, по крайней мере, один раз в неделю, и около 60 процентов один раз в день. Парадоксально, что даже среди 13 процентов населения, относящего себя к атеистам или агностикам, один из пяти сообщает о том, что молится ежедневно.ix А в одном из опросов Гэллапа, который спонсировал журнал «Лайф», 95 процентов опрашиваемых ответили утвердительно на вопрос «Получали ли вы ответы на свои молитвы?»x

Значит ли это, что мы, эти 95 процентов, верящих в то, что получали ответы на свои молитвы, страдаем коллективной галлюцинацией? Если и так, то медицинские исследования свидетельствуют, что это одна из наиболее благотворных иллюзий, которая только может быть у человека. Было показано, что молитва приносит огромную пользу, как на макро, так и на микро уровне. Опросы общественного мнения устойчиво демонстрируют прочную взаимосвязь между частотой молитвы и состоянием здоровья, о котором сообщает опрашиваемый. Лабораторные исследования также обнаружили связь между определенными молитвенными или созерцательными состояниями и такими улучшениями психологического состояния и общего здоровья, которые поддаются измерению.

Одно из наиболее тщательных исследований, касающихся религиозной приверженности, молитвы и состояния здоровья было предпринято М.М. Поломой и Б.Ф. Пендлтоном в начале 1990-х. Исследователи добавили несколько своих вопросов к уже проходящему большому опросу случайной выборки жителей г. Акрон, штат Огайо. Они исследовали ряд различных показателей приверженности религии, включая, среди прочего, частоту посещения церкви, членство в церкви и частоту молитвы. Они также разделили молитвы на несколько типов: неформальную («Как часто вы просите у Бога руководства в принятии решений?»), просьбу («Как часто вы просите у Бога материальные вещи, нужные вам?»), ритуальную («Как часто вы читаете молитвенник?»), и созерцательную («Как часто вы проводите время просто ‘чувствуя’ Бога или находясь в присутствии Бога?»). Почти все показатели приверженности религии, включая частоту молитвы, соответствовали состоянию здоровья на различных осях. Выявилось также интересное различие между типами молитв. Использование исключительно ритуальных молитв и молитв-просьб – в данном случае сосредоточенных на «материальном» – связывалось с отрицательными результатами. (Можно вспомнить старую забавную песню Джанис Джоплин: «О, Господь, почему ты не покупаешь мне Мерседес-Бенц?») Неформальная молитва была более всего связана с удовлетворенностью жизнью, а созерцательная молитва – с религиозным удовлетворением и «благополучным существованием».xi

В конце 1960-х д-р Герберт Бенсон, адъюнкт-профессор медицины Гарвардской Школы Медицины, предпринял серию обследований людей, практикующих трансцендентную медитацию. Он обнаружил, что медитация оставляет уникальный медицинский отпечаток – не похожий на тот, что оставляют, скажем, другие формы расслабления или сна (хотя медитация в какой-то степени ближе к гипнозу). Скорость метаболизма медитирующих, измеренная по потреблению кислорода, быстро снижалась – более резко, чем это происходило бы во сне. в ходе медитации значительно снижались уровни лактатов в крови (высокие уровни ассоциируются с повышенным беспокойством). Альфа-активность мозга, обычно ассоциируемая с ощущением благополучия, увеличивалась. Более того, медитирующие пожинали долговременные плоды здоровья. В первой серии исследований Бенсон установил связь между ежедневной медитацией и более низким давлением крови. У медитирующих также была отмечена более выраженная тенденция к уменьшению использования наркотиков, включая курение. (Эти данные были изложены в его книге-бестселлере 1975 г. «Реакция на релаксацию».)xii С тех пор он и его группа (работающая сейчас в Институте Разума и Тела при Больнице Диаконисы в Бостоне) задокументировали впечатляюще длинный список позитивных воздействий при целом ряде болезней (однако, следует отметить, что применение «реакции на релаксацию», как называет это Бенсон, обычно сочеталось с режимом, включающим в себя диету, упражнения и другие способы управления стрессом). Значительные улучшения достигнуты не только в случае повышенного давления крови, но также и при хронической боли, бессоннице, аритмии сердца, раке, СПИДе и множестве других болезней. Оказалось, что медитация оказывает положительный эффект даже при бесплодии. Примечательно, что «тридцать шесть процентов женщин с необъяснимым бесплодием забеременели в течение шести месяцев по завершении программы».xiii

Следует подчеркнуть, что Бенсон старался представить свою систему в неденоминационной и даже нерелигиозной форме. Он позволял пациентам в качестве сосредоточия медитации выбирать любую фразу или слово – йоги называют это «мантрой». Католики могли повторять в уме «Господь Иисус Христос, помилуй меня» или «О, Мария, полная благодати», в то время как протестанты могли повторять «Отец наш Небесный» или «Господь пастырь мой», а евреи могли выбрать «Шема Изроэль» или «Шалом». Неверующим для сосредоточения предлагались секулярные (мирские) слова: «один», «океан», «любовь», «мир», «покой», «отдых». Интересно, что 80 процентов участников эксперимента предпочли сосредоточиться на религиозном; и 25 процентов, независимо от того, были они мирскими или религиозными, сообщили о возросшем чувстве духовности в результате медитации.xiv (В этом отношении интересна и показательна история голливудского сценариста и продюсера Марти Каплана. В журнале «Тайм» он описал свою историю. Стойкий агностик, с отличием окончивший факультет биологии Гарвардского университета, он без предубеждения прошел курс медитации, чтобы излечиться от привычки скрежетать зубами и в ходе курса вновь обрёл Бога).xv

ВГЛУБЬ ПАРАДОКСА

Бенсон – осторожный учёный. Он связывает пользу религиозной приверженности для здоровья с хорошо документированным «эффектом плацебо». Пытаясь расширить границы применения принципа, он называет этот эффект «извлечённым из памяти хорошим ощущением».xvi Как свидетельствует огромное количество фактов, когда пациенты верят в эффективность получаемого ими лечения, – даже если это лечение всего лишь пилюля с сахаром – очень часто они действительно лучше себя чувствуют. Другие данные говорят о том, что вера врача в эффективность конкретного метода лечения также может повлиять на его результат.xvii Однако Бенсон утверждает, что есть что-то особенно могущественное и всеобъемлющее в вере в Бога или в некий вид сверхъестественной реальности для успокоения ума, укрепления надежды и даже улучшения эффективности конкретного медицинского лечения: «Я обнаружил, что вера успокаивает разум как никакая другая форма убеждений».xviii Он открыл, что само использование реакции на релаксацию работало лучше всего, когда оно находило поддержку в основанном на вере мировоззрении:

Стало ясно, что религиозные убеждения человека или его жизненная философия улучшали влияние метода реакции на релаксацию тремя путями: (1) Люди, избравшие подходящий фокус, соответствующий их сокровенным философским или религиозным убеждениям, с большей охотой придерживались упражнений по извлечению из памяти приятных ощущений, предвкушая их и наслаждаясь ими. (2) Любые позитивные убеждения заставляли вспомнить хорошее ощущение, восстанавливающее идущее снизу вверх возбуждение нервных клеток мозга, ранее связанных с хорошими ощущениями. (3) Если присутствовала вера в вечную или высшую силу, то она, по-видимому, приводила к наилучшему использованию извлеченного из памяти хорошего ощущения, потому что вера является в высшей степени успокаивающим убеждением, которое разрывает связь между нездоровой логикой и беспокойством.xix

Это важный результат. Помните, что Бенсон пытался отделить методы медитации от их религиозного содержания или смысла. Действительно, книга 1975 г. «Реакция на релаксацию» представляла этот метод в совершенно секулярном духе. (Я помню, как это поразило меня, когда много лет тому назад, будучи атеистом, я читал эту книгу.) Но теперь мы видим, что не только огромное число его пациентов избрало религиозное сосредоточение или мантру, но также и то, что сам метод работал лучше всего, когда его подкрепляла истинная вера пациента. Можно предположить, что этот феномен возможно не просто «успокаивающий» эффект религиозной веры. Другими словами, перефразируя Гертруду Стайн, способность разума включиться в целительную силу медитативной системы тесно связана с готовностью верить в то, что существует Нечто. Может быть, просто мозг устроен таким образом? Или медитация – древний метод, в конечном счёте форма молитвы, определённо созданная религиозными провидцами для достижения духовной близости с Божеством или Абсолютом – работает только тогда, когда она используется для того, для чего была создана? Далее перед нами загадка. Почему человеческий мозг должен быть устроен так, чтобы духовное упражнение, своего рода молитва, приносило бы не только умиротворение, но также было полезно для здоровья, иногда даже на грани чудесного, и почему эта духовная методика лучше всего работает в сочетании с искренней верой?

Верный духу учёного, Бенсон подходит к самому порогу веры, не желая переходить его. Он действительно заходит далеко, рассуждая о том, что духовное побуждение является абсолютно фундаментальным для психологии человека, и что люди, как он выражается, «соединены с Богом». Но он предпочитает смотреть на это как на чисто биологическую адаптацию, «первичное побуждение» или «инстинкт выживания», выдвигая гипотезу о том, что человеческий мозг должен был придумать Бога, чтобы справиться с суровостью природного окружения на ранних стадиях эволюции человека. Он остается, по крайней мере, по его собственному признанию, агностиком по отношению к вопросу, действительно ли мы ищем Бога, потому что, как и вся Вселенная, именно для этого и были созданы. В то же время его агностицизм фактически равнозначен темпераментному научному предпочтению чисто биологического или эволюционного объяснения феномена, если только оно будет найдено:

Я думаю, что на пресловутый вопрос о курице и яйце наука не может ответить, что появилось первым – животное или душа, человек или идея о Боге, жизнь, в которой вера стала стратегией выживания, или гены, которые сделали жизнь и веру возможными. Несмотря на непрекращающиеся попытки науки заглушить его, вопрос о Тайне нашего существования продолжает звучать в наших ушах.

Но моё научное путешествие привело меня к тому, что, по моему мнению, является наиболее важным, по крайней мере, для моих врачебных целей. Не важно, что было вначале – Бог или вера в Бога. Представленные мною данные говорят о том, что положительные убеждения и надежды исцеляют, и что вера в Бога очень положительно влияет на здоровье.xx

Достаточно честно.

Однако когда мы проанализируем новые открытия Бенсона в свете истории современного эволюционного объяснения религиозной веры, его гипотеза начинает выглядеть натянутой. Представление о том, что вера в Бога возникла как защитный механизм разума, столкнувшегося лицом к лицу с борьбой первобытного человечества с природой, было, в известной степени, именно современным и атеистическим объяснением религиозной веры. Именно это представление Фрейд использовал для того, чтобы избавиться от религии как «младенческой» иллюзии. Но исследования Бенсона – наряду с исследованиями Ларсона и других – неимоверно усложнили картину. Потому что, если это иллюзия, то она, прежде всего, отнюдь не вредна, как утверждал Фрейд и его современники. Напротив, она целебна духовно. Она также, что ещё более загадочно, целебна физически. И что ещё более странно, искренне и намеренно используя эту иллюзию через созерцательную молитву, можно оказать положительное воздействие на заболевание, и это невозможно объяснить с медицинской точки зрения.

Если это просто «стратегия выживания» или защитный механизм, то он чрезвычайно сложен. В свете нового, более широкого знания об этом явлении, действительно ли мы готовы спорить о том, что простая эволюция – слепые, случайные механизмы, – привела к созданию иллюзорного Бога, которому люди могли бы молиться и получать, в результате этого молитвенного упражнения, освобождение от симптомов болезни (таких как бесплодие), которые не смогли устранить никакие другие доступные медицинские средства? Неужели мы в самом деле должны верить, что это своего рода невероятное совпадение, случайный побочный продукт процессов, продиктованных чисто материалистическими, механистическим силами, слепо проявляющимися время от времени – которые люди в своём дремучем невежестве по глупости на протяжении столетий принимали за Бога? И почему, тогда, неспособность верить в эту особую иллюзию приносит физиологическую и психологическую расплату – в виде, например, более высокого риска гипертонии и смерти от инфаркта или повышенной склонности к наркомании и самоубийству? Если бы это было просто иллюзией, было бы естественно, подобно Фрейду, думать, что она является проблемой и от неё следует лечиться. На деле же происходит обратное: «излечение» разума от этой иллюзии приводит тело и ум к повышенному риску заболевания, от которого сама эта иллюзия может быть лекарством! По мере того, как наши научные знания об этих явлениях углубляются, их стандартное современное атеистическое объяснение ведёт всё дальше и дальше к парадоксу, почти до абсурда.

РЕЛИГИЯ ПРОТИВ МАГИИ

Есть и другое, гораздо менее убедительное, направление изучения молитвы и болезни, которое пыталось измерить действенность так называемой «заступнической» молитвы. Это гораздо более отважное предприятие: попытка измерить действие молитвы не только на здоровье того, кто молится, но также и на здоровье других. В одном, трижды слепом, исследовании 1969 года, группа молитвенной поддержки молилась за десять детей, больных лейкемией (дети не знали, что за них молятся); другие восемь детей служили контрольной группой, за которую группа поддержки не молилась. (Ряд критиков резонно поднял этические вопросы о правомерности таких исследований.) Через пятнадцать месяцев семеро из десяти детей в группе, за которую молились, были живы; из контрольной группы выжили только двое. Смысл исследования заключался в том, чтобы определить: может ли заступническая молитва повлиять на болезнь; однако, его критики обратили внимание на то, что выборка была слишком мала, чтобы делать какие-либо заключения.xxi подобным же образом исследование 1965 года сравнивало результаты воздействия молитвы на состояние пациентов, страдающих от «стабильного хронического или прогрессирующего психологического или ревматического заболевания». Для оценки развития болезни использовались различные клинические показатели. Никакого существенного различия в результатах для двух групп замечено не было.xxii

Наиболее известным из таких исследований было дважды слепое исследование, предпринятое кардиологом и убежденным христианином Рэндольфом Бёрдом в больнице общего типа города Сан-Франциско в 1980-х гг. Выборка Бёрда была достаточно велика: 393 пациента с коронарной болезнью сердца. За 192 человек молились группы поддержки, набранные Бёрдом для этой цели. Они состояли из тех, кто относил себя к «возрождённым» католикам и протестантам, стремящимся к религиозному служению. За 201 пациента из контрольной группы они не молились. Различие в результатах между двумя группами было значительным. Ни одна из групп пациентов не знала об эксперименте. В группе, за которую молились, было меньше случаев сердечной недостаточности застойного характера и сердечно-легочных осложнений, а также меньше случаев пневмонии. Они меньше пользовались диуретиками и антибиотиками. Результаты на первый взгляд казались впечатляющими, – телеграфные агентства по всей стране широко освещали эту историю, – но при более тщательном исследовании, оказалось, что работа имела серьезные недостатки, а именно: было слишком много неизвестных и неконтролируемых факторов. Во-первых, не контролировались привычки врачей, лечащих разных пациентов. Это касается вопроса о медикаментах. Некоторые врачи с легкостью прописывают такие лекарства как антибиотики и диуретики, другие же не спешат с этим. Однако главная проблема состояла в том, каким образом саму «молитва» поместить под микроскоп науки. По всей вероятности, у пациентов из контрольной группы были родственники и друзья, которые за них молились. Действительно, можно было предположить, что непременно найдутся люди, достаточно серьёзно молящиеся за пациентов из палат для коронарных больных. Почему же тогда молитвы родственников контрольной группы не были «услышаны», в то время как молитвы незнакомцев из набранной Бёрдом молитвенной группы были услышаны? Насколько серьёзно молилась группа молитвенной поддержки, и молилась ли она вообще?xxiii Исследование Бёрда было изобретательно и тщательно организовано. Но, как ясно теперь, в исследованиях такого рода можно на всех парусах умчаться далеко за пределы науки.

Немаловажен и тот факт, что никто с тех пор не смог воспроизвести результаты Бёрда. Другие подобные работы находятся в стадии выполнения.xxiv Не пытаясь предрешить результаты такого рода исследований, хочу поднять вопросы об их исходных предпосылках. Во-первых, хотя дважды слепые исследования и могут сильно увлечь, есть реалии – и не только сверхъестественные – находящиеся за пределами возможностей научного метода. Во-вторых, в основе таких исследований лежит чрезмерно механическое понимание молитвы. Несомненно, это указывает на одну из реальных опасностей постсекулярной революции для медицины и нового открытия «духовного исцеления».

У американского рассудка есть своего рода непреклонное утилитарное стремление, готовое всё на свете свести к орудию или предмету потребления. Духовность не является исключением. Задумайтесь на минуту. На протяжении столетий бесчисленное количество детей искренне молилось за больных родителей, и родители молились за больных детей. Несмотря на искренние молитвы, люди умирали. До сегодняшнего дня никто не избежал этой доли. Только очень немногие люди не болели в течение всей жизни. Статистика показывает, что религиозные люди в среднем физически и духовно более здоровы, чем их соседи атеисты и агностики, и это хорошо. Но, тем не менее, они тоже болеют, и в конце концов умирают.

Представление о том, что можно по желанию призвать духовные силы для изменения материальных условий собственной жизни, или условий жизни других людей, строго говоря, не имеет отношения к религии или истинной духовности, в том смысле как это понимали величайшие религиозные учителя человечества. Это скорее магия. Не случайно, что одна из самых важных фраз в христианской молитве – «да будет воля Твоя». Как Ветхий, так и Новый Завет снова и снова подчёркивают, что настоящая молитва и истинная духовность заключаются в подчинении человеческой воли воле божественной, а не наоборот. В них также подчеркивается, что божественный план не обязательно совпадает с человеческим планом. «Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои, говорит Господь» (Ис.55:8).xxv Ислам, буддизм и индуизм также акцентируют внимание на принятии страдания, сопровождающего человеческую жизнь, как важнейшей составной части истинной духовности – и одного из самых значительных духовных уроков, получаемых в земной жизни. Молитвенные или созерцательные состояния, овладению которыми учат великие мировые религии и величайшие мистики мира, отражают состояние смиренного принятия.

Стоит напомнить, что религия или истинная духовность не обещает освобождения от страданий; напротив, она учит неизбежности страдания и даже необходимости страдания как средства укрепления души и поворота её от этого мира к Богу. Характерной чертой молитвенных или созерцательных состояний и соответствующих им взглядов на жизнь, которые, согласно полученным Бенсоном данным столь полезны для здоровья, является смирение. Великие религии учат, что человек приобретает – здесь или потом, – если только он всецело отдаётся Богу и подчиняется Его воле. «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретёт её» (Матф.16:25).

Однако некоторые подходы религиозного движения Нью-Эйдж (Новый Век) к духовности в действительности уводят от религии и истинной духовности к магии. Чего стоят разнообразные заявления о том, что определённые духовные упражнения могут остановить процесс старения, продлить жизнь на несколько десятилетий или даже помочь разбогатеть. Умудренный религиозный ум относится ко всему этому, как к классическим искушениям, напоминающим одну из зловредных искусственных химических молекул, которая, подражая естественной составной части тела, соединяется с живой клеткой, ослабляя её и переводя в раковую. Суть магии – в использовании средств потустороннего мира для достижения целей этого мира, а не наоборот. не удивительно, что отдельные авторы ссыпают в закрома огромные доходы, торгуя вразнос нелепыми материалистическими обещаниями, так как на рынке «магических снадобий» всегда играют на повышение. Но «магические снадобья» обычно не приносят добра, чаще – вредят. Подобные ложные обещания отвлекают внимание от духовного и представляют опасность для здоровья слушателей. Более того, они поощряют то, что врачи называют «магическое мышление». Подхватив обычный насморк или простуду, абсурдно смотреть на них как на серьезный духовный срыв – синдром, ставший обычным в кругах движения Нью-Эйдж. Нелепо верить, что человек может контролировать симптомы здоровья по своему желанию. (Конечно, даже наши секулярные понятия иногда ведут к такого рода мыслям. Теперь, когда известно о связи простуды со стрессом, мы иногда склонны искать психологический источник нашего чиханья.) Простуды и, если на то пошло, стресс – часть нашей жизни, так же как и более сильная боль и страдания. Обычный зрелый человек, не говоря уже о «духовно зрелом», просто их принимает.

К ПОСТСЕКУЛЯРНОЙ МЕДИЦИНЕ?

Совершенно очевидно, что современная медицина движется к признанию аспектов исцеления, выходящих за пределы чисто материальных. В декабре 1995 года Гарвардская Школа Медицины в сотрудничестве с Бенсоновским Институтом Разума и Тела при Клинике Диаконисы провела свою первую конференцию по духовности и исцелению в медицине. В ней участвовали известные врачи и теологи.xxvi Одним из признаков роста официального признания духовного аспекта лечения стало создание Конгрессом США в 1991 г. Управления Альтернативной Медицины (УАМ) при Национальном Институте Здоровья. «Альтернативная медицина» охватывает широкий круг методов, от мануальной терапии и траволечения до изменений в стиле жизни и привычках питания. Однако частью задачи УАМ является исследование взаимодействий «душа-тело». Управление не только финансирует постсекулярные медицинские исследования, но и служит для них официальным «крышей».xxvii Исследования в этой области находятся ещё в младенческой стадии, однако, можно ожидать, что со временем исследователи уделят им больше внимания.

Очень важный, связанный с этим вопрос касается религии и духовности как предметов медицинского образования и обучения. В основе обучения профессионалов в области медицины и душевного здоровья традиционно лежала несокрушимая секулярная точка зрения. Наверное, в случае врачей это оправданно, поскольку нужно готовить именно врачей, а не шаманов или знахарей! Но всё же, как убеждает Дэвид Ларсон, есть убедительные основания для включения в медицинское образование такого предмета, который бы рассматривал вопросы религии и духовности, так как они имеют непосредственное отношение к здоровью. Во-первых, как мы уже видели, факты свидетельствуют о том, что «фактор веры» может стать важным вкладом в здоровье и лечение. Во-вторых, большинство пациентов, с которыми сталкиваются доктора, верят, что наряду с телом у них есть и душа. Любопытно, что опрос, проведенный в 1966 г. Янкелович Партнерз для Си-Эн-Эн и «Тайм» показал, что 64 процента американцев полагали, что «доктора должны присоединяться к своим пациентам в молитве, если пациенты этого просят». И только 27 процентов не согласились с этим утверждением.xxviii Перед врачами, пациентами и членами их семей встаёт огромное количество вопросов, касающихся жизни и смерти. Даже если врач не является верующим, лучшее понимание роли, которую религия может играть в жизни пациентов и в принятии ими решений, явно улучшило бы их взаимодействие в этих чрезвычайно трудных и часто печальных вопросах.

Национальный Исследовательский Институт Здравоохранения под руководством Ларсона разработал материалы для таких курсов. Они основаны на результатах исследований и объективны по своему характеру. Институт также предложил некоторое количество грантов для медицинских школ, желающих ввести такой курс. На сегодня лишь несколько медицинских школ экспериментирует с подобным подходом. Однако есть все основания полагать, что по мере того, как работы Ларсона и Бенсона приобретут широкую известность, медицинское образование всё более и более будет включать в себя постсекулярную составляющую.

Наверное, наиболее трудные вопросы, с которыми сталкиваются врачи, пациенты и семьи пациентов, связаны со смертью и умиранием. В последние двадцать лет произошла настоящая революция во взглядах на лечение неизлечимых болезней, в большой степени благодаря работе врача Элизабет Кюблер-Росс, родом из Швейцарии. Многие годы она трудилась у постелей сотен безнадежно больных пациентов. Подведённый ею итог в ставшей канонической книге «О смерти и умирании»xxix и других книгах разрушил существовавшее в то время табу на разговоры о смерти в общении с безнадёжно больными. Она научила понимать этапы горя, через которое должны пройти как умирающие, так и любящие их родные и близкие. В обществе, в котором смерть всё чаще происходит в антисептических условиях больницы, и в котором официальная секулярная культура лишила многих людей системы, созданной для утешения, и предоставляемой некогда традиционной религией умирающим и любящим их людям, работа Кюблер-Росс обретает особую значимость. В самом деле не счесть, скольким пациентам и скольким членам их семей помогла аналитическая дорожная карта к процессу умирания, предложенная Кюблер-Росс, и утешительная, хотя и реалистическая картина этого процесса. Но, проведя много времени у ложа умирающих, Кюблер-Росс споткнулась на другом явлении, которое, в известном смысле, определяет границу постсекулярных исследований. Она обнаружила, что некоторые люди «умерли и вернулись обратно».xxx Они описывали, как выплывали из своих тел, и их приветствовали любимые люди или некая религиозная личность, помогающие переходу в другое царство. Придя в сознание, они рассказывали красочные истории о мире, лежащем по ту сторону смерти. Это не походило на то, к чему могли подготовить медицинское образование или даже традиционное религиозное воспитание. (Кюблер-Росс была воспитана протестанткой, вышла замуж за еврея, и в описываемое время её религиозные убеждения были неопределёнными.)xxxi Она готовилась подробно описать полученные ею сведения, когда молодой профессор философии Раймонд Моуди, ставший психиатром в Университете Виргинии, начал систематическое изучение подобных историй. К этому его подстегнул рассказ собрата-психиатра Джорджа Ритчи, поделившегося своими особенно яркими переживаниями, перенесёнными в период заболевания пневмонией во время службы в армии во время Второй Мировой войны. Моуди опубликовал свои предварительные результаты в 1975 г. в книге «Жизнь после жизни»,xxxii быстро попавшей в списки бестселлеров (Кюблер-Росс написала предисловие к этому изданию).

Теперь выражение переживание во время клинической смерти стало привычным и является предметом многочисленных книг-бестселлеров. Однако одновременно с публикациями в популярной литературе продолжались научные исследования этого явления, сопровождавшиеся обсуждениями интересных и загадочных результатов. Эти переживания оказались до странности обычными. В следующей главе мы обсудим вопрос: может ли современная наука объяснить переживания во время клинической смерти, используя чисто психологическую модель, или они дают нам первое убедительное научное доказательство независимого существования души?

Следующая глава

Оглавление

i Клаудиа Уоллис, «Вера и исцеление», Тайм, 24 июня, 1996, с. 61.

ii Герберт Бенсон совместно с Марг Старк, «Вечное исцеление» (Нью-Йорк: Саймон и Шустер, 1996), с. 193-213.

iii Дж.У. Комсток и К.Б. Портртдж, «Посещение церкви и здоровье», Журнал хронических заболеваний 25 (1972): 665-672; цитируется в Дэвид Б. Ларсон и Сьюзен С. Ларсон, «Забытый фактор в физическом и душевном здоровье: Что показывают исследования?» (Роквиль, МД: Нэйшнл Инститьют фор Хелскэре Рисеч, 1994), с. 111-112.

iv Д.Б. Ларсон и др. «Влияние религии на давление крови человека», Журнал религии и здоровья 28, № 4 (1989): с. 265-278; цитируется в Ларсон и Ларсон, с. 115-118.

v Д.Б. Ларсон и др. «Влияние религии на давление крови человека».

vi Дж.С. Левин и П.Л. Шиллер, «Существует ли у здоровья религиозный фактор?» Журнал религии и здоровья 26, № 1 (1989): с. 9-35; цитируется в Ларсон и Ларсон, с. 120.

vii К.Ф. Ферраро и С.М. Альбрехт-Йенсен, «Влияет ли религия на здоровье взрослого человека?» Журнал научного изучения религии 30, № 2 (1991): 193-202; цитируется в Ларсон и Ларсон, с. 122-124.

viii Кевин Каллиган, «Духовность и исцеление в медицине», Америка, 31 августа, 1996, с. 17-23.

ix «Разговор с Богом: Интимный взгляд на то, как мы молимся», Ньюсуик, 6 января, 1992, с. 38-42; Ларсон и Ларсон, с. 136.

x «Почему мы молимся», Лайф, март 1994, с. 62.

xi Сведения, обобщенные в Ларсон и Ларсон, с. 137-139.

xii Герберт Бенсон, совместно с Мариам З. Клиппер, «Реакция на релаксацию» (Нью-Йорк: Энкор, 1975), с. 87-103, 141-154.

xiii Бенсон, «Вечное исцеление», с. 146-147.

xiv Бенсон, «Вечное исцеление», с. 134-137, 152.

xv Марти Каплан, «Застигнутый духовностью», Тайм, 24 июня, 1996, с. 62.

xvi Бенсон, «Вечное исцеление», с. 20-21.

xvii Бенсон, «Вечное исцеление», с. 30-64.

xviii Бенсон, «Вечное исцеление», с. 203.

xix Бенсон, «Вечное исцеление», с. 155.

xx Бенсон, «Вечное исцеление», с. 211.

xxi Сведения, обобщенные в Дэйл А. Мэттьюз, Дэвид Б. Ларсон и Констанс П. Бэрри, «Фактор веры: Аннотированная библиография клинических исследований духовных тем», (Роквиль, МД: Нэйшнл Инститьют фор Хелскэре Рисеч, 1993), с. 52.

xxii Мэттьюз, Ларсон и Бэрри, с. 172.

xxiii Ларсон и Ларсон, с. 141-143; ср. обсуждение в Ларри Досси, «Целительные слова» (Нью-Йорк: ХарперСанФранциско, 1993), с. 179-186.

xxiv Уоллис, «Вера и исцеление», с. 62.

xxv Библия цитируется по тексту Нового Американского Образцового перевода Библии, если не указано иное. В русском переводе используется так называемый Синодальный перевод Библии.

xxvi Отчет об этой конференции см. Каллиган, «Духовность и исцеление в медицине», с. 17-23.

xxvii Информацию о работе УАМ можно найти на сайте Национального Института Здоровья, www.nih.gov.

xxviii Уоллис, «Вера и исцеление», с. 62.

xxix Элизабет Кюблер-Росс, «О смерти и умирании» (Нью-Йорк: Макмиллан, 1971).

xxx Элизабет Кюблер-Росс, предисловие к книге Раймонда Моуди, «Жизнь после жизни» (Нью-Йорк: Бэнтем, 1988; первое издание 1975).

xxxi Дэвид Редвуд, «Элизабет Кюблер-Росс ‘О смерти и умирании’; интервью с Кюблер-Росс»; текст доступен на www.doubleclickd.com/kubler.html. См. также книгу Элизабет Кюблер-Росс, «О жизни после смерти» (Беркли: Целестиал Артс, 1991), с. 43-44.

xxxii Моуди, «Жизнь после жизни».