Вербы и день рождения

В воскресенье после обеда к нам пришли Геннадий (он наш дальний сосед, живёт за речкой, совсем на отшибе) со своей собакой Шайтаном (маленькая, но симпатичная, несмотря на кличку, собачка) и Анатолий (живёт между Александром Павловичем и Виктором Павловичем), чтобы сговориться спилить две вербы около нашего дома. Я совсем не ожидал их визита прямо сегодня. Накануне я просто посоветовался с Виктором Павловичем, как быть с этими вербами, и он сказал мне, что пришлёт самого непьющего мужика из соседей, чтобы он спилил вербы. Вербы были старые и очень толстые, в два обхвата. Я уже давно пилил упавшие с них сучья, толщиной с хорошее дерево. В своё время один из упавших сучьев уже проломил крышу сарая, а другой порвал провода между нашим домом и домом Александра Павловича. С тех пор вербы ещё больше состарились и подгнили, и мы не хотели, чтобы они снова порвали провода, проломили крышу уже не сарая, а нового дома или сломали колодец.

Мужчины предложили свою цену – две тысячи рублей за обе вербы, пришлось согласиться. Они принесли бензопилу и начали пилить. А через некоторое время я начал молиться, чтобы всё обошлось без членовредительства. Они лазили по деревьям без всякой страховки, вставали на ветки в немыслимых позах и почти буквально пилили сучья, на которых стояли. Первым делом они очистили стволы снизу от многочисленных мешающих веток, а затем начали пилить толстенные стволы. К вечеру они свалили оба дерева, всё обошлось благополучно, никто и ничто не пострадало.

Анатолий пригласил меня к себе в гости, угощал домашним вином, своим копчёным салом и хлебом, испечённым в своей хлебопечке. Вино он наливал из стеклянного графина в стеклянные рюмки. Это было очень необычно, я привык, что из рюмок пьют водку, а вино пьют из бокалов. Я впервые пил настоящее домашнее вино. Сначала оно показалось мне странным, но потом я постепенно привык к настоящему вину и теперь сразу отличаю его от ненастоящего. Могу уверенно сказать, что практически всё вино, продающееся в магазине, – не настоящее. Анатолий сказал, что, если бы пришла и Таня, то он угостил бы её другим, более хорошим вином.

Анатолий живёт слева от нас, под участком Александра Павловича. Он с гордостью показал свой дом – построенный им собственноручно из блока в начале 1990-х годов, когда он с семьёй бежал сюда из Приднестровья, где тогда шла гражданская война. У него взрослый сын, Дима, которому принадлежит магазин в нашем селе. Жена Димы Люда работает в нём продавщицей, у них есть дочь Кристина. Старший сын Анатолия трагически погиб несколько лет назад. Совсем недавно, 3 сентября 2008 года, тоже трагически, погибла жена Анатолия Светлана (позже я понял, что именно в этот день мы приезжали сюда впервые). Это она посадила те самые нарциссы на горе, которые так порадовали мой глаз, когда я возвращался от Виктора Павловича.

Понедельник, 30 марта, был моим днём рождения, который я «ознаменовал ударным трудом». Пилил доски электро-лобзиком, а потом строгал их электро-рубанком. Из подготовленных досок сделал полку для посуды, которую поставили на печку, и почти зщакончил стеллаж с четырьмя полками для размещения нашей одежды и вещей. Тут нужно сделать небольшое, но необходимое, отступление и рассказать о моём отношении к физическому труду. Честно говоря, я его не любил, но стараюсь полюбить. Никогда до этого я не держал в руках электропилу или электро-лобзик или электро-рубанок. Тем более не работал ими.

Я никогда не был бездельником: много и хорошо работал (получал похвальные грамоты) в летних трудовых лагерях после 8 и 9 класса, работал в студенческом строительном отряде, помогал родителям осваивать садовый участок и строить на нём дом. И наконец,  в 1997-1998 гг. мы вдвоём с женой практически самостоятельно сделали капитальный ремонт вновь приобретённой двухкомнатной квартиры. Но удовольствия мне такая работа не приносила. Другое дело Таня – она всегда творчески подходила к такой работе, думала, как лучше и проще её сделать. Меня же губит перфекционизм (желание, чтобы плод моего труда был совершенством) и отсутствие терпения, я хочу, чтобы всё получалось быстро. Я практически никогда не бываю доволен тем, что сделал. Таня меня хвалит, но я считаю (она утверждает, что совершенно напрасно), что она делает это по долгу жены.

Многие предыдущие годы я устраивал себе выходной в день рождения – брал на работе отгулы. И хотя сейчас ситуация была другой, не до отдыха было, после обеда мы всё-таки не стали работать, а пошли ещё раз прогуляться по «своей» горе. На ней по-прежнему цвели примулы и много других цветов. Было 18 градусов тепла. Я фотографировал, мы полюбовались видами природы, и пошли домой.

Гора над яблоневым садом

Гора над яблоневым садом

Цветущий кизил

Цветущий кизил

IMG_0085

Все яблони покрыты омелами

Примулы (первоцветы)

Примулы (первоцветы)

Вернувшись, увидели, что, наконец, снова пришли Геннадий с Анатолием и пилят поваленные деревья на чурки. Но на этот раз они работали иначе, чем в первый день. Анатолий принёс двухлитровый графин вина и рюмки, которые поставил в кустах. Они часто подходили к нему, пили вино рюмками и курили. Работа шла очень медленно, ещё больше она задержалась из-за того, что они сломали зубья цепи, нечаянно перепилив вместе с бревном сетку Рабица, лежавшую под ним. В конце дня они подошли и попросили половину оговоренной суммы за уже сделанную работу. Я дал им деньги  (это была ошибка, после этого пришлось их очень долго ждать). А мы с Таней решили, что нам нужно прекратить так упорно работать, как мы это делали до сих пор, сократить рабочий день и ввести второй выходной день, но не в субботу, а в четверг, чтобы отдых был равномерно распределён в течение недели.

В среду у нас было «новоселье». До сих пор мы жили на кухне. Таня докрасила комнату, и вечером мы вдвоём с трудом втащили в неё диван. Я доделал стеллаж, который тоже поставили в комнате и сразу уложили в него вещи. Наш быт постепенно налаживался.

Следующая глава

Оглавление

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.